Он взялся за спинку стула. Можно нам посидеть с тобой спросил он. Это Гриша Быков.

Она сидела над пустым бокалом, положив подбородок на сплетенные пальцы, и смотрела в окно на бетонное. Поле аэродрома. Дауге остановился и тяжело оперся на ближайший столик. Он не видел ее лет двадцать, но сразу узнал. В горле у него стало сухо и горько. Что с вами, дядя Гриша встревоженно спросил. Быков младший. Дауге выпрямился. Это моя жена, сказал он спокойно.

Все давно известно и продумано. И заблаговременно пережито потихоньку, потому что кому хочется выглядеть слабым И вообще все. Очень справедливо и честно. Пятьдесят два года от роду. Четыре лучевых удара. Поношенное сердце. Никуда не годные нервы.

Возле ушей. Он снова усмехнулся. Вот мы и встретились, сказал он. А ты почему здесь Ты ждешь кого нибудь Нет,. проговорила она. Я никого не жду. Она посмотрела в окно, и он вдруг понял.

Возле ушей. Он снова усмехнулся. Вот мы и встретились, сказал он. А ты почему здесь Ты ждешь кого нибудь Нет,. проговорила она. Я никого не жду.

Очень рада, сказала она. Садитесь, мальчики. Гриша и Дауге сели. Меня зовут Мария Сергеевна, сказала она, разглядывая Гришу. Я сестра Владимира Сергеевича Юрковского. Гриша опустил глаза и слегка поклонился. Я знаю вашего отца, продолжала она. Она перестала улыбаться.